Есть два четких ориентира развития искусства в регионе – это  появление андеграунда и самоорганизаций художников. Караганда как раз переживает свою «оттепель» в арт-сфере и происходит это в значительной мере благодаря неформальному проекту «Гражданин художник», созданному три года назад художницей Любовью Гуменюк.

Проект появился в результате художественной практики Любови, но в итоге стал и пространством, и ориентиром, и точкой сбора молодого поколения арт деятелей. 

Лариса Карчевская специально для Art of Her поговорила с художницей о влиянии её проекта на художественную сцену Караганды, о проблемах выставочных пространств в городе и оттоке молодых творцов.

Давай начнем с самого начала: ты художница, у которой уже есть мастерская, активная выставочная деятельность и собственный зритель. В какой момент, ты решаешь открыть «Гражданин художник»? Что изначально это был за проект, и какие у него были задачи и цели?

В 2020 году я задалась вопросами: насколько художнику необходимо иметь продукт деятельности или достаточно иметь идею? Нужен ли зритель? Как работать со зрителем, чтобы он понимал моё искусство? Как быть в профессии при неработающих институциях? Как быть актуальным и оставаться идентичным самому себе? Я обрисовала проблему и начала её решать. Так, у меня появилось новое пространство для мастерской и характер моей будущей работы, но это был ещё не ГХ (прим. ред: ГХ — «Гражданин Художник»).

В мае 2021 я провела первую лабораторию «УРБАНИСТИЧЕСКОЕ ЯЗЫЧЕСТВО» при новой мастерской и тогда же начались разговоры о такой форме локации, какой сейчас стал ГХ.

Весь 2021 год площадка работала без особой стратегии, естественно и хаотично. Были знакомства, совместные идеи, проекты и презентации. Иногда мы даже обходились без зрителей, сам процесс делал нас полноценными участниками совриска (прим. ред: современного искусства).

Ты сказала: «Провела первую лабораторию», расшифруй, что это значит?

«Лаборатория» – это такой формат, когда я работаю над каким-то проектом, исследую тему и периодически организую дни открытых дверей в своей мастерской. В эти дни любой человек может прийти ко мне и посмотреть работы, которые я создаю, задать вопросы, обсудить тему, возможно даже повлиять как-то на меня и будущую экспозицию. Таким образом, на итоговой выставке, у зрителя будет свой бэкграунд по моей теме, он сможет тоже подготовиться к выставке. Лаборатории очень часто похожи на выставку, но это не так. Важно помнить, что это всего лишь промежуточный этап.

Я назвала «Гражданин художник» – проектом, это правильно?

Всё верно, ГХ – это исследовательский проект внутри моей художественной практики. Это поиск решения для художника, который хочет иметь обратную связь от зрителя, взаимодействовать с ним.

Я не хотела брать какую-то рабочую модель из мира искусства, мне было интересно создать свою и наблюдать за ней, сохраняя при этом идентичность. Я думала, что могла бы стимулировать появление в городе художественных самоорганизаций, а также оказаться внутри образования нового «комьюнити», связанного с визуальным искусством и совриском. Каждую из идей пришлось трансформировать под влиянием города и сейчас спустя два года я провожу аналитику этого явления.

То есть, тут, думаю, важно уточнить, что «Гражданин художник» – это не место, а в первую очередь – идея?

Да.

А как правильно понимать название проекта?

Для меня, это про трансформацию художника. Выход в социум. На мой взгляд, сегодня художник просто обязан как-то контактировать со зрителем и быть настоящим гражданином во всех смыслах этого слова.  

Можно ли сказать, что такое явление, как ГХ было неизбежно в карагандинской художественной «тусовке»?  

Я бы выбрала слова: натурален и естественен, вместо неизбежности. По сути, наш сценарий – это artist-run space. Это простая, удобная мировая модель работы.

Для Караганды здесь всё совпало: искренность, желание объединяться и наш контент – визуальное искусство, экспериментальная музыка, видео арт, танец, литература. Всё что любят карагандинцы.

С тех пор, через пространство ГХ прошло много андеграундной молодежи и не только. Расскажи о наиболее значимых проектах внутри ГХ.

Ноябрь 2021 – проект «Предчувствие». Четыре художника представляли свои художественные практики в четырех разных локациях по городу. «Гражданин Художник» предчувствовал появление городов – лабораторий, куда стекаются все «креативщики», чтобы делать экспериментальные проекты.

5 марта 2022 – «Троеточие». В стенах ГХ было представлено визуальное искусство и поэтический перформанс одновременно.

Лето 2022 – выход в степь с проектом «УРБАНИСТИЧЕСКОЕ ЯЗЫЧЕСТВО». Степь для ГХ стала своим «Музеем MoMA», мы снимали там фильм, делали мини выставку и прочее.

3 сентября 2022 – «Берлинский маркет». Выставка – продажа работ разных художников и арт деятелей, где 90 % от идеи самого проекта – это манифесты: «Культура – преодоление смертности человека» и «У человека есть ещё и свобода». Самый свободный и живой проект за два года.

Помню, что однажды, ты сказала: «Я вдруг поняла, что люди воспринимают «Гражданин Художник» как галерею и выставочное пространство» и тебя это удивило. Почему? Вообще, есть ли потребность в выставочном пространстве в Караганде?

Для меня было важно работать в мастерской с другими художниками, и я не выстраивала стратегию галереи. Зная это, я не могла признать ГХ выставочным пространством, это противоречило бы моему пониманию работы галереи и художника.

Но ГХ появился, в том числе, и из-за отсутствия интересных выставочных пространств, хотя, я сразу уточнила, что это модель artist-run space.

Наверное, закономерный вопрос: если в Караганде появится новая галерея, есть ли кого в ней выставлять?

Я бы не думала о количестве художников. Я смотрю на этот вопрос иначе: в городе нет современных мест для получения актуальной культуры. То есть локаций, говорящих современным языком, о сегодняшнем дне.

Карагандинцам предложили торговые центры и приятные «кафешечки» для проведения досуга. Люди вынуждены сами, за свой счёт снимать, обустраивать, придумывать программу локаций для интересного времяпрепровождения.

Удалось ли найти новых художников за время работы со зрителем? Кому-то помочь, наставить, дать возможность высказаться? 

Для себя я отмечаю важность общих проектов, как среди художников, так и с «креативщиками» из других медиа. «Гражданину Художнику» удавалось совместить интересы и идеи разных групп. Если брать конкретных авторов, то сотрудничество с художницей Олесей Киссер – самый продуктивный опыт.

«Гражданин художник» отслеживал как-то, что происходит с карагандинским художественным сообществом? Молодежь все также уезжает в большие города или что-то изменилось?

После двух лет работы в ГХ, мне пришлось принять реальность, что Караганда необходима для становления художника, но для подтверждения своей компетенции, для связи с центрами, которые выстраивают систему искусства, Караганда сегодня не подходит.

Возможно, моя позиция ошибочна, и другие художники, работающие в традиции или коммерческом формате, находят здесь всё необходимое.

Есть ли какие-то мысли, что должно произойти, чтобы эта тенденция изменилась?

Я очень надеялась на программу развития КИ (прим. ред: креативной индустрии) в Казахстане. Представляла, что в ней будут кейсы для таких городов как Караганда. Раньше я думала, что достаточно инициативы и профессионализма креативного сообщества, сейчас вижу большую роль государства в этих вопросах.

Вернусь к теме выставочного пространства. В Караганде есть с ними проблемы, это факт. Даже если взять областной музей, его почти каждую весну топит, здание требует «апгрейда», причем не только физического. Почему такое отношение к искусству в городе, как ты думаешь?

Думаю, это проблема всего мира – «центры и периферия». Возможно, сейчас мы работаем «вхолостую», пользуясь институциями, доставшимися нам от Советского союза. Возможно, новые застройки в новых районах уже предусматривают новые культурные центры. Возможно, причина ещё и, в неопытности зрителей и пассивности креативного сообщества.

Расскажи о планах ГХ? Может там есть и галерейная деятельность?

В 2023 ГХ ждёт оптимизация. Сейчас я работаю над новой структурой и вообще стратегией. Мне хочется улучшить модель, учитывая работу над ошибками, которую пришлось провести этой зимой. Увеличим и изменим характер выставочной деятельности и просветительской работы с художниками и зрителями.

Ну и поделись своими личными планами, планами художницы Любовь Гуменюк, предположим, на ближайшие два года.

Я сфокусирована на работе над устаревшими убеждениями, навыками, а также получении доказательства своей компетенции за пределами города и страны, чтобы потом внедрить этот опыт в Караганду.


Любовь Гуменюк родилась в 1981 году в городе Караганда, Казахстан. Работает с самопознанием и идентичностью (искусство вовнутрь). Темы её исследования: культ любви [от личности — до любви], культ героя [что такое личность, как формируется личность].

В своих исследованиях опирается на концепции древней мифологии, философии, учения. В искусстве переосмысливает и работает с традицией примитивизма (иконопись, вышивка, лепка и примитивизм современный) В материалах для неё важна смешанная среда, коллаж. Участница групповых и персональных выставках в Караганде и Астане.

1 Comment

  • Аватар

    Виктория, 30 апреля, 2023 @ 7:14 пп Reply

    Любовь Гуменюк для меня — художник в самом обширном смысле этого слова. Когда мысль, идея не становится второстепенной по отношению к результату, скорее, она даже главенствует. И я чувствую, что ГХ оказывает большое влияние на сознание карагандинцев и ведёт к креативным трансформациям. Спасибо Ларисе за отличный материал!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *